выпуск 490 Евгений Гречко, дальнобойщик из Лос-Анджелеса.

GeneREA — Mon, 31 Aug 2009 12:47:51 GMT

Добрый день, дорогие братья-автомобилисты и собратья-пешеходы! Добрый день тем, кто умеет дружить, понимая, что дружить это отдавать больше, чем получаешь. С вами, как всегда в это время, программа «Автоликбез» и ее ведущий Юрий Гейко.

Его имя вы слышали не раз в моих американских программах. Евгений Гречко, как ангел-хранитель, витал над нами по дорогам Соединенных Штатов Америки: выводил на самые красивые дороги, заказывал по Интернету гостиницы, помогал не заблудиться. Сейчас мы с ним друзья. Очень близкие. Созваниваемся почти каждый день. И сегодня я хочу вам рассказать о Евгении подробнее.

…Не знаю, как мои спутники по кругосветке, но я волновался на этой заправке.
Несмотря на вечер, было душно, под тридцать по Цельсию. Я то вытирал носовым платком лицо, то садился в машину с работающими мотором и кондиционером.
Вот-вот должен подъехать Евгений, дальнобойщик из Лос-Анджелеса. Дело в том, что он слушает «Авторадио» по Интернету. Узнав, что мы едем через его город, он прислал на сайт «Авторадио» просьбу о встрече, дал свой мобильный, и мы позвонили ему, когда подъезжали: «Женя, может, вы нас встретите? Город огромный, незнакомый, сами понимаете…»

Он подъехал на серебристом джипе «Хонда» - невысокий, плотный, лет сорока пяти, усами, да и лицом слегка похожий на Панкратова-Черного. Только выражение его глаз было не смешливым, а внимательным и даже слегка настороженным. Крепкое «дальнобойное» рукопожатие: вот вы, значит, какие? Вот вы, оказывается, какой?
Дежурные фразы, приглашение в дом – на борщ, пообедать, передохнуть с дороги, обсудить план дальнейших действий. У Евгения три сына, жена Таня. Пообедали. Вкусно очень. Дом большой и красивый. Американский. Три машины в семье. Все, как положено.

Евгений помог нам найти мотель неподалеку, устроиться, вник в наши американские и лос-анджелесские проблемы, пообещал помочь решить их завтра, тем более, что завтра он свободен. После чего чутко уловил, что нам бы сейчас отдохнуть, и уехал.

И ко мне вряд ли пришло желание рассказать о нем, если бы на следующее утро первым делом Евгений не повез нас к своему «траку». Мы не просили об этом. Не догадались попросить.

Зарулили на пыльную стоянку с десятками траков-красавцев: все знают особую гордость и страсть американцев к этим великанам, королям дорог с огромными капотами, хромировнными рогами-выхлопными трубами и массой всяких великолепных украшений жизни американского дальнобоя. Причем, нет двух одинаковых траков. И мы насмотрелись на них достаточно, пока ехали по хайвэям.
Но когда Евгений подошел к своему, вишнево-хромированному, сверкающему, словно с конвейера, красавцу, у него сделалось такое лицо… А на самом «лбу» крыши его трака, над водителем, я увидел наклейку - «RUS».

…Евгений Гречко питерец. Институты и не собирался кончать, потому что с детства любил становиться коленками в автобусе на первое, за водителем, сиденье, и заворожено смотрел через его плечи на дорогу. Он выбрал баранку. Но баранку самую романтическую и самую тяжелую – дальнобоя. Объездил весь Союз, потом утюжил Россию-матушку из конца в конец, отстегивал ментам на каждом ДПС - как все.
Нашел Таню, родил Пашку, палат каменных не нажил, мыкались они по углам, потому что жить со своими было невозможно тесно, а жить с Таниными – невозможно. Плевался на телевизор до девяносто первого года, чуть не рванул в Москву защищать Белый дом, голосовал за Ельцина, недоумевал после. Как все.

А в 93-м засветило Евгению свое дело – друг его лучший «СуперМАЗом» обзавелся: папа, транспортный начальник, подарил. Пригласил его друг в компаньоны, кто же откажется? Потрепанный «мазуха», правда, донельзя, но – свой! Свой!! Вложили они с другом в «кормильца» все, что могли – деньги, руки, прорву времени, привели в порядок.
Два рейса на нем в Москву сделал Евгений. Всего два. Но их хватило другу, чтобы вспомнить простую арифметику: зачем делить на два, если можно все взять одному? Жизненную арифметику. «Кинул» он Евгения, естественно.

И тут уж круто повернул свою жизнь дальнобойщик Евгений Гречко – можно было поплакать, поскрипеть зубами. Может, и плакал. Может, и скрипел. А потом взял семью в охапку и уехал «из этой страны». Уехал туда, куда уехать было проще всего – в Израиль.
Шесть лет «дальнобоил» по Израилю. С кондиционером. Да разве это – «дальнобоил»? Когда на одной заправке страну по периметру объехать можно? Утром уехал - вечером дома. Но притерпелся, иврит даже освоил, наконец-то собственной квартирой обзавелся, трехкомнатной. Максима родил. Жизнь наладилась.
И надо было ему выиграть в лотерею грин-карту в США – мечта всех, кто не в Америку эмигрировал. Тут уж решать ничего не надо – едем. Куда, в какой штат? В Калифорнии больше, чем в других штатах, государственная поддержка эмигрантов. К тому же Таня беременна – в Калифорнию.

Прошло пять лет. Денису тоже пять. У Евгения в Америке не отнимают его трак, с него не дерут шкуры, не вымогают доллары только за то, что он едет по дороге. За то, что ему надо кормить семью. Русский дальнобойщик Евгений Гречко знает, что здесь, в Америке, все зависит только от него. И он вкалывает. У него один трак и своя фирма, он сам себе хозяин, сам выбирает, когда работать, что везти. Да, он весь в долгах и живет в кредит. Но и так можно жить и быть счастливым. Если знаешь, что все зависит только от тебя.

…Когда мы выезжали из Лос-Анджелеса на Лас-Вегас, он позвонил. Оказалось, что мы всего в двух милях от него и его трака. Решили встретиться, тем более, что у нас появились проблемы с машиной. Женя подъехал на своем великолепии и решил их за пять минут. А потом достал из трака манометр, обошел с ним все наши колеса, проверил, подспустил их до нормы и сказал: «У вас повышенное давление в колесах, а на хайвэе, при такой жаре, да через Неваду, где еще жарче, это ни к чему».
Потом он помолчал и добавил как-то виновато:
- Вы хоть позванивайте. Иногда.
Мы обнялись. Очень крепко. Крепче, чем положено. Долго ехали рядом. Это было похоже на то, как будто огромная и сильная птица сопровождает птенца. А когда ему настало время с хайвэя съезжать, мы услышали долгий густой рев сирены. И я впервые подумал о том, что у дальнобоев, конечно же, – обостренное чувство Родины.

Но это было не прощание. Месяц спустя, когда заканчивалась американская часть кругосветки, и я остался в Нью-Йорке один, без языка и с массой проблем, вдруг позвонил Евгений и сказал, что он всего в нескольких милях от Нью-Йорка, сиди, мол, в гостинице, я вот-вот буду. Как же я был счастлив! Я понимал, что он едет пять тысяч километров через всю Америку не ради меня, а вернее – не только ради меня, что у него попутный груз, но понятно было – он едет ко мне! Женя приехал и на другой день мы рванули с ним в Вашингтон – американскую часть кругосветки надо было завершить столицей. А на третий день из Кливленда, за тысячу километров, приехал на своей «Субару» в Нью-Йорк Олег Ягусевич. И эти три последних американских дня были незабываемы.

А когда настал последний американский час в аэропорту Нью-Арка, я встал в очередь на личный досмотр, а они все не уходили, я подошел к ним, положил руки на плечи:
-Мужики, езжайте, не ждите, и так комок в горле...

Мы почти каждый день созваниваемся: «Жека, ты где? Дома? Едешь?» «Я в Техасе…» «Я в Пенсильвании… В Бостоне…» А я в Москве, Женька. В промозглой дождливой Москве. Но слышу его голос – издалека-издалека, и вновь оживают в моей памяти великолепные картинки потрясающей страны – Америки…

На сегодня достаточно. Все услышанное можно прочитать на сайте автоликбез-точка-ру. Удачи вам на дорогах страны и жизни и запаса тормозного пути! С вами была программа «Автоликбез» и ее ведущий Юрий Гейко.

Юрий Гейко "Автоликбез"

выпуск 490 Евгений Гречко, дальнобойщик из Лос-Анджелеса.