выпуск 326 Папа Римский Иоанн Павел II – это особая, потрясающая страничка моей жизни. И автомобильной жизни – в том числе

GeneREA — Fri, 28 Aug 2009 11:58:01 GMT

Здравствуйте, дорогие коллеги-автомобилисты! Здравствуйте те, для кого бензин пахнет, а не воняет, кто пристегивается ремнем, кто даже днем ездит с ближним светом и не прибавляет газ, когда его обгоняют! С вами, как всегда в это время, программа «Автоликбез» и ее ведущий Юрий Гейко.

Умер Папа Иоанн Павел Второй. Прошло девять дней… Даже и те, кто мало слышал о нем, в эти дни поняли – это был великий человек. Никогда и нигде за всю историю человечества на похороны человека не собиралось столько миллионов людей.
У меня, у моей семьи, с именем этого человека связан один случай, который я и тогда, восемь лет назад, счел знаком Судьбы. И сегодня, после того, как Папа ушел, а я в полной мере осознал величие Иоанна Павла Второго, я не могу вам об этом случае не рассказать.
Ровно восемь лет назад, в самый день Святой Православной Пасхи - 27 апреля 1997 года мы всей семьей – я, жена, двое сыновей – рванули на машине в Италию. Машиной была - новенькая, только что полученная на ВАЗе «десятка» Получена она была для редакционных испытаний в «Комсомолке», где я тогда работал. Еще карбюраторная, из самой первой партии, они еще тогда в продаже не были. Уже потом, вернувшись в Россию, я узнал, что эта «десятка» оказалась первым товарным автомобилем этой марки, выехавшим за пределы России.
Я этого не знал, но мы все это чувствовали – на всех границах бывших соцстран Польши, Словении, Венгрии - нас сопровождали любопытные, благожелательные толпы пограничников, таможенников: «А сколько стоит?», «Откройте капот», «Можно посидеть за рулем?» - вопросов было множество, доходило до того даже, что в Польше нас заправили бесплатно, за экскурсию по машине, а в Словении нам забыли поставить штампики о пересечении границы в паспорта, и пришлось за ними возвращаться. Кстати, стоила тогда, в 97 году, «десятка» почти девять тысяч долларов, но никого это не смущало и все говорили, что такую машину за такие деньги они бы купили – ей Богу не вру.
Мы ехали с ночевками, но нигде не задерживаясь и через четыре дня въехали в Рим. Была суббота, день кончался. Начало мая – тепло, садилось солнце. Мы, конечно, очень устали – за спиной осталось больше трех тысяч километров, но прежде, чем найти гостиницу, нам страшно хотелось, хоть что-нибудь в Риме увидеть, хоть немного побродить по его улицам. Поэтому мы въезжали в Рим все глубже и глубже и поняли, что оказались в Ватикане – в самом сердце итальянской столицы.
Не помню уж, как мы нашли парковку, но закрыли машину с московскими номерами и вышли на площадь – я ее узнал сразу: это была площадь Святого Петра. Восемь лет назад, а от сегодняшнего дня – 16 лет назад с этой площади стартовал наш кругосветный автопробег «Караван Колумбов». Мы простояли здесь тогда несколько часов, ожидая благословения Папы Римского, но то ли у итальянцев-организаторов пробега не заладилось, то ли болел Иоанн Павел Второй, но на балкон он так и не вышел и вслед нам рукой не махнул.
Да, мы стояли в центре Италии, в центре Рима, в центре Ватикана, прямо перед дворцом Папы. «Ребята, уже все закрыто,»- сказал я расстроено, а моя наблюдательная жена не согласилась:«Смотрите, люди куда-то идут! Пошли за ними.» Действительно, народ стекался, как стекаются в Лужники, во дворец Съездов – в одном направлении. И мы пошли туда же, куда и все. Прошли ворота со смешными воинами в старинных нарядах, с то ли алебардами, то ли секирами в руках – они проверили наши сумки и поводили ладонями по одежде. Прошли маленький двор, карабинеров с оружием, которые охраняли высоченные резные двери огромного зала с амфитеатром рядов.
И прямо за нашими спинами эти двери карабинеры закрыли, а я спросил одного из них по-французски: «А что здесь будет?» Он посмотрел на меня диким глазом и ничего не ответил, трудясь над дверью – дверь была очень массивная.
Мы с женой, с сыновьями, нашли свободные места, а их уже почти не было!- сели, стали ждать и осматриваться. Я приготовил видеокамеру, но подошел карабинер и вежливо сказал, что снимать нельзя.
И кого здесь только не было!! Яркими пятнами национальных костюмов выделялись делегации – их было множество, из множества стран. Черные, белые, желтые, раскосые, - казалось, здесь собрались люди со всего мира. Но мы это поняли чуть позже, а сейчас смотрели на сцену – кто же на нее выйдет, кого же мы увидим сейчас?
И вдруг на сцене, в белых одеждах, в высоком таком головном уборе появился… Папа Римский! Сам Папа!!! Клянусь, мы ожидали чего угодно, но только не этого!!! Зал взорвался, зааплодировал, раздался голос, который представлял присутствующие делегации стран - одну за другой. Те вставали, их приветствовали, хлопали, они махали платками, цветами, еще чем-то и так продолжалось долго.
А потом все затихло, враз. Все замолкло, будто выключили звук, и в полной тишине раздался хрипловатый и уже тогда старческий голос Иоанна Павла Второго, он читал молитву. Мы замерли и не дышали. Мы, конечно, не понимали ничего, кроме слов, повторявшихся то и дело, слов, которые пел весь зал: «Аве Мария!... Санта Мария!..» И мы их пели, и крестились, как и все, только крестились по-православному – справа налево: «Аве Мария… Санта Мария…»
Это было потрясающе – мы поняли, мы узнали, что попали на ежесубботнюю, традиционную мессу Папы Римского. Я стоял, пел, крестился и мурашки бежали у меня по спине – ну задержись мы на этом трехтысячекилометровом огромном пути хоть на пять секунд где-то – в ресторане, в туалете, у светофора – и двери закрылись бы ПЕРЕД нами, а не ЗА нами. И никогда бы мы вот так, живьем, не увидели самого Папу Римского, не услышали его голос, его молитву за всех нас, за весь мир – католический, православный, мусульманский, иудейский, буддистский – за любой мир, за всех людей, живущих на этой земле. Задержись мы хоть на пять секунд на трехтысячекилометровом пути из Москвы в Рим, в Ватикан, и никогда бы нам не испытать счастья молитвы и единения душ с самим Папой!.. Со всем миром…
Мы вышли, конечно, из этого зала потрясенные, притихшие, осознавая, что это был для нас – знак Судьбы. С тех пор под этим знаком, я надеюсь, мы и живем.
А в тот день, когда сообщили, что Папа Иоанн Павел Второй умер, я под горой барахла и старых газет, в архивах своих, разыскал запыленную видеокассету и мы собрались у телевизора всей семьей. Нас, как и тогда, восемь лет назад, было четверо – я, жена и сыновья. Только сыновья – уже не дети, а взрослые, высоченные дяди. А мы с женой – постаревшие… Я нажал «плэй» и на экране телевизора снова возник и тот зал. И Папа, И те слова: «Аве Мария… Санта Мария…»
Да, в зале том нельзя было снимать видеокамерой, нам об этом карабинер тогда сказал - но мы же русские, вы же понимаете…
Вот такие у меня - почти автомобильные - воспоминания об умершем великом человеке Папе Римском Иоанне Павле Втором. Пусть земля ему будет пухом!
А мое время в эфире истекло. Кто не все услышал, сможет все прочитать на сайте автоликбез-точка-ру. Удачи вам на дорогах страны и мира, запаса тормозного пути и никакого весеннего авитаминоза. С вами была программа «Автоликбез» и ее ведущий Юрий Гейко.

Юрий Гейко "Автоликбез"

выпуск 326 Папа Римский Иоанн Павел II – это особая, потрясающая страничка моей жизни. И автомобильной жизни – в том числе